^Вверх

Май 2024
24
Пятница
Joomla календарь

baner3

baner4

LIB logotype

baner7

baner8

эмблема степная новь

baner9

baner10

baner11

e9b20d431fc905f74ae422369751a143

портала КУЛЬТУРА.РФ

bez imeni 1

БАННЕР ВИтрина закупок Ростовской области

Решаем вместе
Сложности с получением «Пушкинской карты» или приобретением билетов? Знаете, как улучшить работу учреждений культуры? Напишите — решим!
Строительство новой жизни шапка 27072021
 
СТРОИТЕЛЬСТВО НОВОЙ ЖИЗНИ
 
  Наступил 1920 год. Зимовниковский район был окончательно освобожден Красной Армией от белогвардейщины. Разбитые и деморализованные войска противника откатывались в предгорья Кавказа и к берегам Каспийского и Черного морей. С остатками белогвардейских войск бежали из наших мест крупные кулаки, помещики и коннозаводчики.
    Мрачную картину разрухи и запустения представляли места поселка после ухода бывших хозяев и их защитников – белогвардейцев. Империалистическая и гражданская войны (1914 - 1920 гг.) окончательно подорвали экономику района. Железнодорожные станции, хутора и станицы, где проходили ожесточенные бои (Зимовники, Гашун, Кутейниковская, Курячий, Верхне-Серебряковская, Мокрый Гашун и др.), были сильно разрушены. Более чем наполовину были уничтожены станицы Власовская, Жуков, Юндин, Николаевский, а станица Н.-Алексеевская совсем перестала существовать.
     Железнодорожный путь был во многих местах разрушен, мосты взорваны или сожжены. Помещичьи и кулацкие имения при отходе белых были разграблены, а бесконечные поборы с крестьянских дворов (хлеб, скот, лошади) красновцами и деникинцами оставшиеся крестьянские семьи поставили на грань голодной смерти. На территории Зимовниковского района свирепствовал тиф. Это было очень тяжелое время в жизни народа.
     По свидетельству наших старожилов - Дубинского А.Ф. (овцесовхоз № 3), Сероштана С.В. (конезавод №163), Белозорова А.П. (овцесовхоз № 18), Холодова Ф.Н. (колхоз имени Скибы) и Шевелева И.А. (овцесовхоз «Северный»), после гражданской войны население по многим хуторам района уменьшилось до одной трети, а по некоторым до половины по сравнению с довоенным временем. Конского поголовья осталось едва десятая часть, волов - примерно пятая, коров - 30 - 35 %, свиньи и овцы составляли 5-7 % довоенного наличия.
   По данным статистического управления Области Войска Донского, летом 1917 года в станице Кутейниковской зарегистрировано более тысячи десятин пахотной земли из 30810 десятин всей юртовой (станичной) земли. Население составляло 1642 человека. В станице было три ветряных мельницы, церковно-приходское училище, было 3087 голов крупного рогатого скота, почти четыре тысячи овец и коз, 103 верблюда, 712 лошадей. Конечно, более половины (две трети) всего этого богатства принадлежало помещичье-кулацкой верхушке калмыков.
    За время хозяйничанья белогвардейцев почти все это было разграблено или уничтожено: население уменьшилось в семь раз, скот за малым исключением был почти весь истреблен (съеден или угнан). Запасов питания оставшееся население, как сообщает комиссар Леднев, не имело.
    Особенно характерен для экономического показателя станицы Кутейниковской пункт 13 «доне-сения»: пахать было не на чем, сеять нечего, весенне-полевую работу выполнять было некому.
   Однако жизнь брала свое. В родные места начали возвращаться оставшиеся в живых беженцы. Возвращались домой с фронтов гражданской войны бойцы старших возрастов Красной Армии и инвалиды. Жизнь в хуторах постепенно начинает оживляться.
    На развалинах старого мира старшее поколение под руководством коммунистов и Советской власти приступает к строительству новой жизни, какой еще не было на земле, - началось строительство социализма. Начальный период социалистического строительства стоил народу гигантского труда, больших лишений, а порой и крови лучших людей.
    С мечом и молотом на строительство новой жизни вышел советский народ. А людям и стране в то время многого не хватало. И все же нищета и разорение были не последним испытанием жизнестойкости Советской власти в то время. Летом 1921 года на нашу страну, и в особенности на Северный Кавказ, Дон и большую часть Украины, обрушилась катастрофическая засуха: дотла выгорели посевы и пастбища. Надвигался голод.
   Тяжесть экономического положения народа усугублялась политическим бандитизмом и разбоем разгромленного, но не уничтоженного врага. Волчьи шайки офицерья вкупе с сынками кулаков и зажиточных казаков по 17-30, а то и в полсотни человек гуляли по Дону, Кубани и в Сальских степях.
    Вот что писал в своем воззвании Сальский окрисполком от 06.09.1921 года: "По округу днем и ночью гуляют банды офицеров. С ними вместе рука об руку идут воры, разбойники - люди мелкой наживы и разгульной жизни. Им мало дела до неурожая, до голода они рады этой беде и на слезах голодных детей, их отцов и матерей делают свое каиново дело".
  Бандитские шайки Маслакова, Андриянова и Бровы производили налеты на только что организованные коммуны, на хуторские Советы. Они грабили поселян, убивали коммунистов и ответственных работников Советов.
   В начала мая 1922 года рыболовецкая бригада коммуны "Молния" (в 3-х км от Савоськина) в составе 8 человек, в том числе трое Светличных (отец с сыновьями), Предистов Иван с внуком Колей двенадцати лет, Ляшенко, Ясиновский и комсомолец Шкурин Илья, отправились на рыбную ловлю. Под станицей Бурульской в камышовых зарослях пруда разыгралась кровавая трагедия: андрияновцы выследили коммунаров и, как только рыбаки вошли со снастями в воду, бандиты напали на них. Первой жертвой стал мальчик, сидевший на берегу возле одежды и винтовок, остальные были изрублены в воде. В том же году были зверски казнены бандитами организаторы Веселовской коммуны (за станицей Иловайской), коммунисты Алаухов, бывший командир полка 1 Конармии, и Лемешко А.Л. Из-за угла был убит председатель Ново-Веселовского сельсовета Назаров, у здания Кутейниковского волисполкома были казнены председатель исполкома Беляков Ф. и его помощник Мотовилов.
  Трагическим был жизненный конец председателя Сальского окружного исполнительного комитета Скибы Гавриила Никифоровича. Этого выдающегося революционера и большевика бандиты боялись и смертельно ненавидели. На это у них было достаточно оснований. В 1921 году во время бандитского разгула в наших местах Гавриил Никифорович пошел на неслыханно дерзкое дело: без оружия и охраны отправился в расположение банды Бровы с агитационными целями. В заготовленном удостоверении в графе "куда командируется" было проставлено "в банду Бровы", а на вопрос "цель командировки" записано "по делам окрисполкома".
    Прожив пять дней среди бандитов, Скиба благополучно возвратился в Пролетарскую и как ни в чем не бывало продолжал работать. Спустя неделю пятеро бандитов, имея при себе охранный документ за подписью предокрисполкома Скибы, постучались в дверь Гавриила Никифоровича.
   Они вошли и высыпали из мешка на пол головы своих атаманов Вербицкого и Бровы. За это, как и уговаривался с ними Гавриил Никифорович, бандитская шайка в количестве 78 человек была амнистирована Советской властью и люди разъехались по домам.
   В мае 1923 года Г.Н. Скиба из окружной станицы Пролетарской выехал в Зимовниковский район в служебную командировку. Посетив Мокро-Гашунский волисполком, он уже собрался было выехать на Маныч в село Нововеселовку. Но тут из хутора Погорелого (его родной хутор) прискакал мальчишка коннонарочный и вручил Скибе записку с приглашением навестить родственников - хуторян. Как оказалось позже, записка была написана под диктовку бандита Вербицкого-младшего. Как только Г.Н.Скиба подъехал к хутору, он был окружен бандитами, схвачен (ездил он, как правило, без оружия) и увезен в сторону хутора Глубокого, 10-12 километров от Погорелова. Там в степи после долгих нечеловеческих пыток и надругательств он был обезглавлен бандитами (голову Скибы Г.Н. бандиты увезли с собой). Разумеется, эти пигмеи, и политические ничтожества не могли повернуть колесо истории вспять, помешать строительству коммун и укреплению власти Советов. Они принесли немало хлопот нашему народу в то нелегкое время. Советская власть потом воздала должное этим бандитам и мародерам всех мастей. Осенью 1923 года банды по Сальскому округу были уничтожены, а главари Андриянов и Киселев в последнем бою, будучи окруженными в казачьем дому и отказавшись сдаться, были сожжены заживо хуторянами, которых они грабили.
  Сельское хозяйство Зимовниковского района 1920-х годов характеризовалось, во-первых, крайней отсталостью ведения производства в земледелии и животноводстве и, во-вторых, низкой насыщенностью орудиями и средствами труда - тягло, инвентарь, машины.
    Соха, припашник и деревянная борона - вот техника крестьянина того времени. Траву и хлеб косили ручными косами, редко кто из мужиков имел лобогрейку. Для обмолота хлеба служили цеп и каменный каток. Очистка зерна производилась на ветру. Посев производился припасшником, без предварительной обработки почвы. Вместо боронования после посева нередко прогоняли овец.
    Примитивная обработка земли, отсутствие севооборота давали низкие урожаи (3-5ц) и большое засорение полей. Профессор Гозулов И.А. в своей книге «Народное хозяйство Ростовской области за 20 лет (1921-1941гг.)» отмечает, что по Сальскому округу в первые годы восстановительного периода поголовье волов и лошадей составило одну треть по сравнению с показателями лета 1917 года, что 10% крестьянских дворов посевные площади обрабатывали коровами, что 53,7 процента всех крестьянских хозяйств не имели необходимого инвентаря (плуги, бороны, лобогрейки). Основная масса уцелевшего скота и инвентаря находилась в руках хуторских богатеев и зажиточных мужиков.
    Поэтому беднота и незаможная часть середняцких хозяйств вынуждены были во время пахоты и уборки вступать в супрягу, т.е. объединяться с "крепкими" мужиками для совместной полевой работы. Кулаки и зажиточные хуторяне широко оказывали "помощь" инвентарем и тяглом нуждающимся односельчанам, требуя в уплату за это отработок, т.е. бесплатное выполнение определенных работ на поле хозяина или на его дворе. Супряжество и отработки были замаскированной формой эксплуатации маломощного хуторского крестьянства.
   Первыми шагами социалистического переустройства крестьянской жизни в хуторах района было создание земельных и животноводческих обществ и товариществ - прообразов современных коллективных и советских хозяйств. Большевистская партия этой мерой преследовала главную цель - оживить и поднять бедняцко-батрацкие хозяйства, вырвать их из-под кулацкого влияния и таким образом поставить деревню, всю ее сознательную и трудящуюся часть, на верный путь крестьянской кооперации. Это было труднейшей задачей КПСС, потому что класс кулачества был многочисленным и экономически достаточно сильным, а в сознании большинства крестьян сидел еще частник - капиталист «хозяйчик», стяжатель.
  Летом 1921 года В.И. Ленин дал указание Донскому Исполнительному комитету (ДИК) создавать повсеместно комитеты крестьянской общественной взаимопомощи (ККОВ). Эти комитеты работали под руководством наркомата социального обеспечения. Они оказывали хозяйственную и трудовую взаимопомощь инвалидам гражданской войны, семьям красноармейцев, беспризорным детям, деревенской бедноте.
   Первые ККОВы были созданы в ст. Кутейниковской, на хуторе Глубокий и в Зимовниках. Другими формами крестьянской кооперации явились товарищества по совместной обработке земли (ТОЗ) и коммуны. Коммуна в то время была высшей формой крестьянской кооперации: все орудия и средства производства (скот, инвентарь, постройки), включая продукты питания, были обобществлены. Первая коммуна у нас в районе была организована осенью 1920 года. Она носила наименование "Молния". Начиная новую жизнь, коммунары решили основать новое поселение на балке Молния, что в трех километрах южнее хутора Савоськин. Эта коммуна была самой многочисленной. Она объединяла 26 крестьянских дворов. Первым ее председателем был авторитетный хуторянин Т.Н. Курепин. В 1921-1922. годах организовались коммуны "Счастливый труд" у хутора Петухов, "Милютинская" у хутора Н. Жиров и "Красный. Октябрь" на хуторе Курячий. 
   Крестьянские товарищества, коммуны и артели хуторян того времени были организационно слабыми, малочисленными (6-11 дворов) и в экономике района имели сравнительно небольшой удельный вес. Все виды кооперации в нашем районе едва объединяли десятую часть всех крестьянских дворов.
   Экономическая слабость и неполнокровность артельных хозяйств того времени объясняется тем, что частнособственническая психология большинства крестьян, особенно середняков и некоторой части бедняцко-батрацкой прослойки, удерживала их от вступления в коммуны и товарищеские артели. Частная собственность, которая веками руководила умом и душой крестьянина, собственность, которая впитывалась, как говорится, с молоком матери, очень крепко сидела в крови крестьянина, и обобществление скота, инвентаря, семян и т.д. было настолько неслыханно смелым и опасным, как им казалось, что на это дело шли немногие. "Гуртовое-чертовое", - шипели кулаки и подкулачники.
     Большая же часть крестьянства, которая в душе была "за коммунию", только присматривалась, колебалась, изучала. При этом нужно иметь в виду, что первые социалистические начинания в деревне проходили в острой классовой борьбе. Кулаки видели, что существование коммун и товариществ выбивает из-под них почву, что приходит конец их обогащению за счет эксплуатации крестьянской бедноты.
    Именно по этой причине хуторское кулачье встречало в штыки организацию коммун, ТОЗов и ККОВов в хуторах и селах нашего района. Они не упускали случая словом и делом вредить кооператорам, вели гнусную пропаганду против них, запугивая отсталых и малосознательных обобществлением не только скота, но и жен, детей. Священнослужители грозили божьей карой тем, кто пытался вступить в коммуну или ТОЗ. А разгромленные, но недобитые бандитские шайки Маслакова и Андриянова еще кое-где совершали налеты, грабили и убивали коммунаров и хуторских активистов. По этой причине распалась коммуна "Милютинская", а коммунары "Молнии" после кровавой драмы у хутора Бурульского вынуждены были выкочевать под ст. Пролетарскую в более безопасное место от бандитов. Там коммунары в полном составе влились в коммуну "Свободный труд № 2".
    Однако новое побеждало.
    В 1925 году уже было 95 земельных обществ и коммун, они обрабатывали около 5000 десятин земли из 49 600 десятин всей пахотной земли в районе.
  Советское правительство оказывало посильную помощь коллективным хозяйствам путем предоставления кредитов, семенной ссуды, инвентаря и т.д. Верхне-Серебряковской коммуне "Счастливый труд" в 1926 году государством были выделены молотилка и локомобиль. По тому времени это была огромная помощь. В хозяйстве коммунаров было 7 буккеров, 5 лобогреек, 21 пара волов, 2 ветряных мельницы и маслобойка, а в 1927 году в коммуну пришел первый трактор "Фордзон". Имея в своем распоряжении необходимый инвентарь и тягло, коммунары обрабатывали по 140-160 десятин, из них озимый клин составлял 12-15 десятин земли. Агроном Н.П. Пикало много плодотворно трудился над внедрением научной основы в полеводстве и садоводстве. Старательный труд коммунаров, улучшение культуры земледелия давали хорошие результаты. В 1927 году коммуна "Счастливый труд" после хлебного расчета с государством и засыпки семенных, фуражных и других фондов почти третью часть урожая реализовала на рынке. Ветряные мельницы и маслобойка давали заметную прибавку в коммунарский бюджет. Хозяйство быстро шло в гору. (Из воспоминаний бывшего члена правления коммуны И.Ф. Яценко)
  Коммунары охотно оказывали бескорыстную помощь нуждающимся крестьянам окрестных хуторов инвентарем, семенами и т.д. Это имело большую притягательную силу для бедняков и батраков. Эти люди все больше убеждались в преимуществах коллективного хозяйства перед единоличным, и некоторые из них вступали в коммуну.
  Важнейшим мероприятием Сальского окружения КПСС и окрисполкома по улучшению землепользования в хуторах нашего района в 1924-27 годах явилось проведение сплошного землеустройства и внедрение мероприятий так называемой уплотненческой агрономии.
   Дело в том, что многие хутора были малочисленными, далеко отстоящими друг от друга. Эти хутора к тому же располагались на неудобных, плохих землях. Мелкие раздробленные хутора, их разобщенность мешали проводить прогрессивные агро-мероприятия, которые должны были способствовать наиболее рациональному использованию имеющегося в распоряжении крестьян и государства тягла и машин. Эта причина мешала ликвидировать экстенсивность полеводства, она являлась тормозом  в   повышении   культуры   земледелия.
  По решению районных властей в середине и во второй половин 1920 года начинается организационное переселение мелких хуторов и сведение их в более крупные. Поселение вновь организованных хуторов производилось вблизи речек, балок, на лучших земельных угодьях. На карте района появляются новые хутора Ново-Рубашкин, Ленинский, Братолюбие, Амта, Красный Октябрь, Ново- Веселый, Веселый Гай и другие.
    Эти хутора населялись отчасти за счет приезжих крестьян из других губерний по плановому переселению (Белгородская, Харьковская, Полтавская, Ставропольская и др.), а также за счет наших бывших мелких хуторов - Нефедов, Зундов, Гуреев, Вишневый, Жуков, Полтавский, Харитонов, Коваленков, Кренделев, Романов, Свинячий, Азиатский, Сахарта и Карташов. Эти хутора с тех пор перестали существовать.
     Близлежащие уплотненческие хутора сводились в один участок земли. Зимовниковский район в то время состоял из двух агрономических кустов - Западный, или Верхне-Серебряковский, и Восточный, или Мокрогашунский. Во главе каждого куста стоял участковый агроном. Агрономы  Пикало Н.П., а впоследствии Шпитальный В.М, и Мазур М.А. с помощью хуторских активистов и хлеборобов-культурников проделали огромную работу среди крестьянских хозяйств по внедрению трехпольной, а затем шестипольной системы земледелия.
    С большим трудом, шаг за шагом, уходили в прошлое дедовские методы сельскохозяйственного производства. В севообороты все больше вводился пар, пропашные и технические культуры, ежегодно расширялся клин под озимые. Урожаи стали более устойчивыми, доход крестьянских дворов заметно увеличился. Центральной фигурой на селе теперь являлся середняк.
  Однако это не могло обеспечить всему крестьянству зажиточную жизнь, облегчить его каторжный труд (более 90% ручного труда в земледелии и животноводстве), а все сельское хозяйство делать высокорентабельным. Страна нуждалась в решительном уверении производства хлеба, мяса, шерсти, овощей и других продуктов сельского хозяйства.
   Только подлинная революция в сельском хозяйстве, во всем укладе крестьянской жизни, смогла сделать то, что требовал передовой социалистический строй от тогдашней деревни. XV съезд нашей партии, который состоялся в 1927 году, положил начало такой революции - он выработал ленинскую генеральную линию на переустройство сельского хозяйства. Партией и нашим государством был взят курс на сплошную коллективизацию сельского хозяйства и ликвидацию кулачества на селе - последнего эксплуататорского класса, который тормозил социалистическое строительство в деревне.
  Партия убеждала крестьян, что только коллективный труд на базе машинной техники в состоянии вырвать сельское хозяйство из отсталости и поставить его на уровень развития социалистической промышленности. Добрая половина крестьян сел и хуторов уже воочию убедилась, что коллективное хозяйство имеет неоспоримые преимущества перед индивидуальным. При поддержке государства коммуны и товарищества ("Счастливый труд", "Волго-Дон", "Трудовой овцевод", "Путь крестьян" им. Бондаренко - всего 21 хозяйство) давали лучшие результаты труда, качественнее и быстрее обрабатывали поля. В этих хозяйствах, в большинстве овцеводческих, успешно развивалось животноводство.
   Бывший секретарь Северо-Кавказского крайкома партии тов. А.А. Андреев в своей книге «На путях подъема и социалистической реконструкции сельского хозяйства», издания Ростов-Дон 1930 года, приводит такие данные: «Доход колхозников (коммунаров) при машинной обработке земли на одну душу населения в 1929 году составлял 80-115 рублей, а у единоличников - 60-64 рубля. На один колхозный двор доля доходности хозяйства выражалась в 789 рублях, доходность одного единоличного двора составляла за то же время 541 рубль». Коллективное хозяйство очень убедительно агитировало само за себя. И это понимали теперь не единицы и десятки, а сотни и тысячи не только крестьян-бедняков, но и середняков. Середняк становился лицом к колхозу.
   Первый небольшой колхоз у нас в районе был организован в хуторе Ново-Рубашкин. В него влились бывшие красноармейцы и хуторская беднота. Назван он был колхозом имени Буденного. Спустя 3 года в этот колхоз влились хутора Старо-Рубашкин и Русско-Садовский.
    Весной 1927 года по решению Северо-Кавказского краевого комитета партии и крайисполкома в глубине Сальских степей по речке Большой Гашун на огромных степных просторах в 200 тысяч гектаров был организован первый совхоз, получивший название "Гашунский" племсовхоз № 4. В книге истории этого хозяйства записано, что племсовхоз "Гашунский" № 4 - одно из первых культурных овцеводческих хозяйств на Северном Кавказе.
    Для организации этого хозяйства государство передало около 20 тысяч голов овец разных по-род, в том числе - грубошерстные, мазаевские, прекос и другие. 3 июня 1927 года в 12 км от хутора Плотников началось строительство центральной усадьбы племзавода. Сюда прибыли люди из Белгородской и Воронежской областей, а также хуторяне нашего района - большая семья Шмуль И.Ф., семьи Антоновых, Загородних и другие. Они стали костяком чабанских бригад. Хозяйство развивалось успешно, люди трудились не покладая рук. Передовиками производства зарекомендовали себя чабаны и механизаторы Шмуль И.Ф., С.Г. Сурмай, Т.А. Берус, Антонов и многие другие.
   Но это было очень крупное хозяйство. При тех возможностях транспорта и связи оно было трудноуправляемым. И поэтому в 1932 году из племсовхоза № 4 "Гашунский" выделились овцесовхозы "Присальский", "Комиссаровский", "Красный Чабан" № 3.
   В 1929 году в верховьях реки Б. Гашун организован овцесовхоз № 7 "Первомайский", спустя три года из него выделился овцесовхоз № 18. В 1931 году был организован Зимовниковский военконзавод № 163 на базе хутора Камышев. Так началось социалистическое строительство в нашем районе.
   Однако колхозное строительство в то время еще отставало от совхозного. Достаточно сказать, что в январе 1931 года у нас была кооперирована только половина крестьянских хозяйств. Зимовниковский район в то время выглядел лучше соседних районов - Пролетарского, Мартыновского и Сальского. 
   Несмотря на победное шествие сплошной коллективизации в 1931 году, среди определенной части крестьян, прежде всего кулаков и маловеров середняков, укреплялось мнение, что колхозы - явление временное, что с ним пошумят и перестанут, а что снова придут старые времена - земли много: паши, сей, наживайся.
   А тут еще ползли черные слухи о кубанском кулацком саботаже. Наблюдались случаи, когда некоторая часть колхозников, подстрекаемая кулаками и единоличниками, тайно по ночам забирала с общественных базов и конюшен своих коров, волов, лошадей и т.д.
    В колхозе «Красный восток» (х. Тушкан) ранней весной 1931 года среди хуторян пронесся слух, что колхоз распускается и нужно поскорее, сегодня же ночью, забрать свое из колхозного двора Колхозники Чугуев, Гончаров и Андрющенко оказались в числе первых, хотя и не единственных, что "вернули" свое добро. Автор этих строк помнит, как отец его, совершив подобный грабеж потом всю ночь ходил по хате, вздыхая и скрипя зубами, а на рассвете разбудил трех взрослых сыновей и первым вернул на общественный двор трех коров, две пары волов, возилку с плугом, пару лошадей с линейкой. Остальные вернули колхозное добро с помощью хуторского комсода и правления колхоза.
    В 1930 году Зимовниковский район по решению властей края был укрупнен за счет всего Дубовского, части Орловского (до станции Двойная), всего Мартыновского и Семенкинского сельсоветов с девятью колхозами Романовского района. Одновременно из нашего района (западная часть) был организован Калмыцкий район с центром в станице Кутейниковской. Временно райком партии и райисполком калмыков оставались в селе Зимовники. К 1934 году, к моменту разукрупнения нашего района, в нем насчитывалось 75 колхозов, 5 МТМ, 10 совхозов, 10 коммун и 24 сельсовета. Площадь района составляла около полутора миллионов гектаров. В 1934 году район вновь оказался почти в тех границах, которые он имел до укрупнения. В это время все коммуны были реорганизованы в сельхозартели (колхозы).
      Во главе колхозного сельскохозяйственного производства был учрежден райколхозсоюз (РКС). Это был выборный орган колхозов района, его специалисты (агрономы, ветеринары, зоотехники и т.д.) содержались за счет паев колхозов, РКС вырабатывал конкретные мероприятия по полеводству, животноводству и другим отраслям сельского хозяйства и с помощью руководства колхозов проводил намеченные планы в жизнь. Первым председателем правления РКС был тов. Дешевых, который хорошо знал свое дело, был человеком беспокойного характера и незаурядной энергии. РКС впоследствии был реорганизован в райзо - районный земельный отдел исполкома райсовета.
    Первоначально в нашем районе в 1930 году было создано две машинно-тракторные станции (МТС) - Мокрогашунская и Верхне-Серебряковская, а также одна машиносенокосная станция (МСС) в селе Зимовники. Эта МСС вскоре была реорганизована в МТС.
  Существующие совхозы "Гашунский" № 4, "Первомайский" № 7, а в 1931 году вновь организованный Зимовниковский военконзавод №163 и МТС явились первой индустриальной базой сельскохозяйственного производства в нашем районе. Совхозы и МТС сосредоточивали в своих руках весь машинно-тракторный парк, ремонтные мастерские, а главное - кадры деревенской интеллигенции - агрономов, инженеров, механизаторов, специалистов животноводства и т.д.
  Роль первых МТС и совхозов заключалась не только в том, что они явились первыми проводниками партии и государства на селе по внедрению новой культуры социалистического земледелия и животноводства. Значимость этих первых очагов социализма в наших местах состояла еще в том, что они дали в свое время толчок росту сознательности наших людей, вызвали к жизни трудовой энтузиазм хуторского населения, помогали ему создавать партийные и комсомольские ячейки. По инициативе сверху (1934 - 1936 г.г.) политотделы МТС и совхозов приложили много усилий для организации "пунктов ликвидации безграмотности" (ликбезы) - очагов просвещения на селе. Культармейцы из числа специалистов МТС и совхозов, местных грамотных комсомольцев и молодежи работали под девизом "Долой безграмотность и бескультурье!". Сотни и тысячи крестьян, ранее неграмотных, каждый вечер после работы аккуратно посещу занятия ликбезов - в школах, конторах, красных уголках и т.д. и уже через год получили навыки начальной грамоты. 
    Хорошими боевыми качествами отличалась Мокро-Гашунская комсомольская ячейка. Много и плодотворно работали комсомольцы и молодежь села Зимовники по развертыванию широкой клубной самодеятельности и антирелигиозной пропаганды на селе. Зимовниковская школа крестьянской молодежи (ШКМ) - десятилетка - была единственным солидным учебным заведением для крестьян в нашем районе. Она призвана была готовить грамотных людей для наших колхозов.
  К 1934 году зерновая проблема в нашем районе в основном была решена. Колхозы, рассчитавшись с государством и натуроплатой за работу МТС, засыпав все необходимые фонды, производили расчет с колхозниками по 1,5 - 3,5 килограмма на трудодень. Немало было колхозных семей, которые получали по 2,5 - 4 тонны зерна, кроме овощей, картофеля и другой продукции.
    Применение тракторов и других почвообрабатывающих машин на полях, появление комбайнов, ведение правильных севооборотов, посев полей сортовыми протравленными семенами давали внушительный эффект в полеводстве. Яровые колосовые давали теперь по 7 - 8,5 центнера, озимая пшеница - 9-11 центнеров зерна с гектара, т.е. в полтора-два раза больше, чем в доколхозные годы. Причем посевные площади района за счет механизации выросли почти на 40% по сравнению с 1929 годом.
   Повсеместно в колхозах началось строительство животноводческих ферм. Уже в 1935 году в подавляющем большинстве колхозов было по 2 фермы - крупного рогатого скота и овцеводческая. Правительство признало желательным, чтобы в каждом колхозе было по 3 фермы. Колхозы, имеющие 3 фермы, получали  уменьшение норм мясопоставки на 10 %. Колхозы "Животновод" (х. Ново-Веселый), "Сальский коневод" (х. Ильичев), им. 13 лет РККА (х. Торговый), им. Буденного (х. Ново-Рубашкин) и другие имели хорошие коневодческие фермы. Породистые скакуны колхозов нашего района славились далеко за пределами нашей области. Многие животные наших конеферм шли по первой категории для нужд Красной Армии.
    В книге "Ростовская область за 20 лет (1921-1941 гг)" доктора экономических наук, профессора Гозулова А.И., есть такие строки: "Колхоз "Сальский коневод" Зимовниковского района подготовил 15 лошадей (тренер Юханов А.И.), участвовавших в республиканских скачках 1938 года, выиграли 39 первых призов (рекордная скачка 1 мин. 7 сек., на дистанцию 1000 метров)".
     Животноводство и в первую очередь овцеводство района в 1935 - 1939 годах развивалось из года в год успешно. Достаточно сказать, что валовые доходы колхозников от животноводства в 1936 году уже составляли одну треть всех, а к 1939 - 1940 годам почти 42 % всего валового дохода хозяйств района.
    С августа 1942 по январь 1943 года район был в оккупации.
    В марте 1944 года Зимовниковский район был укрупнен, присоединена территория Калмыцкого района. Часть сельсоветов Калмыцкого района передана в состав Зимовниковского. На 1944 год в районе числилось 16 сельсоветов.
  В 1954 и 1956 гг. проводится укрупнение сельсоветов на основании Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 18.07.1954 г.  Сельских Советов на 1956 год стало – 10
    Центр Зимовниковского района находится в с. Зимовники. Статус с. Зимовники менялся в 1962г. 22 августа 1962 года исполком Ростовского областного Совета депутатов трудящихся принял решение № 539 «Об объединении фактически сложившихся населенных пунктов: села Зимовники и хуторов Василевский, Горобцов, Красный Кут, Кучман, Рабочий хуторок в один населенный пункт – село Зимовники, отнесший его к категории рабочих поселков», присвоив ему наименование «рабочий поселок Зимовники».
     В 1963 году на основании Указа Верховного Совета РСФСР от 01.02.1963 г. «Об укрупнении сельских районов и городов Ростовской области», Зимовниковский район был укрупнен, присоединена территория бывшего Дубовского района.
    В связи с Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 12.01.1965г. «Об изменениях в административно-территориальном делении Ростовской области» Зимовниковский район был разукрупнен, территория отошла к Дубовскому району. При этих преобразованиях менялось количество сельских Советов и населенных пунктов.
    В 1992 году решением № 6 от 22.01.1992 года Малого Совета народных депутатов рабочий поселок Зимовники преобразован в сельский населенный пункт – поселок Зимовники, Зимовниковский поселковый Совет преобразован в сельский Совет.
  В 1991 году происходит реорганизация исполнительной власти. В соответствии с постановлением Верховного Совета РСФСР от 1.11.1991 г. «Об организации испытательной власти в период проведения радикальной экономической реформы» и Указа Президента РСФСР № 239 от 25.22.1991г. «О порядке назначения глав администрации» - Зимовниковский райисполком прекратил свое существование. На основании постановления главы администрации Ростовской области № 72 от 20.12.1991 г. и решения 7 сессии (21 созыва) Зимовниковского районного Совета народных депутатов был назначен глава администрации Зимовниковского района А.И. Морозов.
     С 8 апреля 1997 по 3 апреля 2001 гг. был  избран главой района  В.С. Бурка.
     С 4 апреля 2001 г. по 14 марта 2010 годов был  избран главой района  М.М. Макаренко.
     С 14 марта 2010 года  по 23 марта 2015 гг. был избран главой района В.В. Грянников.
     С 24 марта 2015 года по сегодняшний день главой района является О.Н. Ткаченко.

 

 

Мы в соцсетях

youtube icon ok vk unnamed tg